?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Поделиться Next Entry
СЕВЕРНЫЙ ЭКСПЕДИЦИОННЫЙ ОТРЯД ОЛЬГИНСКИЙ ВОЕННЫЙ РАЙОН (3 часть)
Блель
t_rm

Часть 1
Часть 2
Часть 3
Часть 4
Часть 5
Часть 6

Из воспоминаний Н.А. Мартынова*

Первое время нахождения отряда в г. Ольга. Командиры частей, тоже каждый, ознакомились с положением в районе расположения своих частей, всё понемногу вошло в норму, и жизнь потекла до некоторой степени как-то нормально, но население в первые пять дней ещё не возвращалось - город как бы пустовал.



Совкоммунистическая подпольная организация послала в адрес начальствующих лиц отряда листовку на плохой бумаге и плохо написанную карандашом. Листовка была стандартно-слабого и мало убедительного характера - всё те же фразы - угнетатели народа и прихвостни капитализма, убирайтесь, откуда пришли, но в конце просили извинения, что написано на плохой бумаге и плохим карандашом. На это капитан Мартынов сделал пакет с бумагой и хорошими карандашами, найдя способ передать этим подпольщикам бумагу и карандаши. Это было сделано через оставшегося в городе товарища городского головы г. Ольга Г.Е. Лукьяненко (возможно, что фамилия ошибочная), который сразу явился по занятии г. Ольги отрядом - человек около 55 лет, среднего роста, темный шатен, с бегающими карими глазами, лицо ничем особенно не отличавшееся - обыкновенное, как рядового обывателя, производил впечатление услужливого человека, при случае поругивая большевиков, которых он, вероятно, всех знал хорошо, но о них его не спрашивали, чтобы не показать, что предполагается какое-то преследование ушедших из города коммунистов. Через некоторое время через этого же Лукьяненко получены еще письма - н-ку отряда, начальнику штаба отряда, командирам частей - полковнику Сидамонидзе, полковнику Ширяеву,  полковнику  Цимбалову и старшему адъютанту кап. Мартынову.

Письма тоже были стандартны, но написаны на хорошей бумаге и разборчивым почерком и тоже заканчивались - убирайтесь туда, откуда пришли. На всех этих листовках получившие их сделали надписи - начальник отряда написал «кто напишет глупее - 5 рублей золотом награда», полков. Сидамонидзе - «бросьте глупости», полковник Ширяев - не захотел ничего написать, заявив, что это глупость какая-то. Капитан Мартынов написал - «Бумага всё терпит».



Все эти листовки были отпечатаны в развернувшейся уже типографии с надписями на них на левом верхнем углу - размножено в 100 экземпляров каждая и распространены были по уезду и даже было несколько штук послано во Владивосток.

Газета - информационный Бюллетень - Ольгинский Вестник. Печатная машина была Бостон, могущая отпечатать только листки, поэтому по напечатании их приходилось склеивать, что получилось как бы газета. Но постепенно печатник-китаец приспособился путем поворачивания листа бумаги печатать сразу на большом листе, и тогда получалась как бы газета, имевшая приличный вид. Сотрудниками газеты были - сам начальник отряда, заведующий выпуском газеты капитан Иван Васильевич Грязев, землемер по образованию, но прилично владевший пером, а, главное, знавший технику газетного дела. Писал так же отрядный доктор - фамилия забылась, писал он о вреде курения, пьянства и некоторые медицинские советы. Но, конечно, главным образом, была перепечатка из получаемых газет и сводки оперативного и разведывательного характера в части, могущие быть известные населению без ущерба оперативному положению.

Газета выходила два раза в неделю в количестве 300 экземпляров и распространялась бесплатно, главным образом, по населённым пунктам всего Ольгинского уезда.

Недалеко от г. Ольги расположился корейский революционный отряд под командой Хана. Этот Хан тоже прислал летучку и на корейском, и на русском языке, но по содержанию почти копия летучек, полученных ранее. Эти летучки были также отпечатаны в типографии отряда с надписью: «Что Вы, корейцы, ввязываетесь в русские дела - поезжайте в Корею и там действуйте». После этого больше летучек ни на корейском, ни на русском языке не поступало.

Этот корейский отряд Хана был в 1919 году на Урале, воевал на стороне коммунистов против белых-антикоммунистов, и Хан там занимал должность Н[ачальни]ка Златоустовского Укрепленного Района и был награждён Золотым почётным оружием -честного воина рабоче-крестьянской армии. Это оружие было взято в бою под ст. Казакевичи на берегу р. Уссури в брошенной повозке Хана. Его взял тогда себе поручик Обухов Волжского Драгунского Полка.

Этот Хан и был в той тройке корейцев, которая обращалась ко всем корейцам с призывом вступать в ряды Красной Армии. Это было ещё в Европейской России перед Уралом. Этот отряд, как будет видно из последующего изложения, всё время принимал участие в боях против белых-антикоммунистов и только при взятии г. Имана в 1922 году был почти весь разбит, но с ним ещё встретимся в операциях в г. Ольга.

Корейцы, надо сказать, народ воинственный и жестокий, они, даже будучи ранеными и тяжело, притворившись мёртвыми, начинают стрелять из припрятанного ими оружия по Белым, особенно офицерам, что и было в бою в г. Имане в 1921 году - раненый кореец лежал и, притворившись мёртвым, убил в спину капитана Трифонова, проходившего мимо.

Лукьяненко, немного захмелев, начал рассказывать, что бывший председатель местного совдепа Корнеев получил сведения из Владивостока, как он сказал, от какого-то американца, собрал митинг, на котором и объявил, что есть сведения, что в г. Ольгу придут белые, так пусть каждый знает, что это не люди, а людоеды, что они из вас будут собакам суп варить, а поэтому, как только к городу будут подходить белые, то все вы должны уходить в тайгу, где вы будете как-то устроены, во всяком случае, вам будет оказана какая-то помощь.

Вот,- главным образом, поэтому, когда население узнало, что белые высаживаются в Императорской Гавани, то все мужчины за исключением трёх, оставили г. Ольгу.

А капитан Мартынов на это спросил, где же теперь эти люди-то? «Да, я точно-то сказать не могу, но, конечно, в тайге, где есть несколько домиков и хат, в которых охотники, если их застала непогода, укрывались. В этих домиках есть и печки, и некоторый запас продуктов - муки, картошки, а в некоторых таких домиках даже есть лампы и немного керосина или есть свечи». «Ну, а как вот они теперь-то живут? Ведь запасы-то делались в расчёте на одного-двух, самое большее 3 человек, а ведь теперь там много людей, как же они питаются-то?» «Э, господин начальник. Значит, Вы плохо представляете таёжную жизнь - да у них у большинства винтовки и охотничьи ружья, набьют дичи и едят, а что касается хлеба, так мы можем питаться и одним мясом, а, кроме того, теперь ягод много, так что жить можно до холодов, не нуждаясь ни в чём. Да, Корнеев говорил, что Белым долго пробыть не удастся - всё равно будут выгнаны - в Имане есть хорошие силы, которые и могут придти к г. Ольга и выгнать белых». «Ну, а как ты думаешь, Лукьяненко, теперь они готовятся к наступлению на Ольгу?» «Ну, уже этого я не знаю. Это уже дело кроме командиров никому неизвестно, что-что, а болтать они не будут - это вот я что-то разболтался». Мартынов: «Да, ты ничего не болтал». «Ну, как не наболтал, даже многое зря наболтал, да верю Вам, что Вы не выдадите меня». «Конечно, будет покоен - не выдам», - сказал Мартынов. Ещё поговорили о незначащих вещах и Лукьяненко, выпив, как говорится, посошок, пошёл, как он сказал навестить кое-кого.

Начальник штаба полковник Карлов был в штабе, куда Мартынов пришёл и доложил всё, что ему говорит Лукьяненко. Полковник Карлов сказал что это, конечно, хорошо, но вот есть разговор, что в пос. Пирятино (с. Пермское, прим. Р.Т.) сосредотачиваются красные, так что он, полк. Карлов, намерен сделать налёт на Пирятино. Мартынов: «А когда ты думаешь пойти с отрядом?» «Да, думаю, завтра с утра, - сказал полк. Карлов, - так что ты, Николаща, подготовь отряд конных - 30 человек, отбери хороших из Волжской команды конных разведчиков, если оттуда не хватит, набери из рот желающих - лошадей тоже возьмём из Конной бригады». «В котором часу завтра думаешь выступать?» «Да, до рассвета, чтобы рано утром атаковать». «Хорошо - будет исполнено», - сказал кап. Мартынов.

Налёт отряда под командой полк. Карлова на пос. Пирятино. Пос. Пирятино имел около 30 домов, населён' был исключительно русскими, занимавшимися, главным образом, рыболовством и собиравшим с морского дна морскую капусту и сдававшим её периодически приезжавшим в Ольгу специалистам-скупщикам разных трав, в том числе морской капусты. Это было подспорьем для крестьян в их экономической жизни.

Отряд был сформирован кап. Мартыновым своевременно и утром в 5 часов утра полк. Карлов с отрядом выступил на пос. Пирятино.

В пос. Пирятино оказалось немного корейцев и русских, с которым и произошел бой отряда полковника Карлова с красными силами, бывшими в пос. Пирятино. Начальник там был кореец Хун или Хан, точно не помнится. Эта стычка была для отряда полк. Карлова неудачна - Пирятино он занял после небольшой перестрелки, судя по которой в Пирятино было не больше 50-60 человек, но все они отошли в тайгу. Опрос населения существенного ничего не дал - жители отнекивались незнанием, так что отряд простоял в Пирятино почти сутки. Люди были половина корейцев и половина русских, одеты были плохо, вооружены были разными винтовками, но были все в возрасте около 30-35 лет, довольно крепкого телосложения - это русские. А корейцы были роста небольшого, о возрасте сказать трудно, вооружены были лучше русских - у них были у всех винтовки русские с 70, примерно, патронами на каждого. Одеты были кто как, но все настроены были воинственно, однако в отношении мирного населения вели себя не очень плохо -никого не тронули, только реквизировали весь печёный хлеб у населения и приказали ещё испечь хлеба, сколько у кого есть муки. Крестьянки это старались исполнить, но хлеб-то выпекли, а им корейцы воспользоваться-то не удалось - отряд полк. Карлова помешал, и хлеб остался у крестьян, которые предложили его полк. Карлову, но он взял несколько буханок, а остальное, сказал, чтобы осталось для населения.

И, таким образом, полк. Карлов вернулся, как будто ни с чем, чем был как будто немного расстроен. На другой день он попросился у начальника отряда поехать во Владивосток, что ему было разрешено - он уехал и прислал письмо, что просит освободить его от должности н-ка штаба отряда. Н-к отряда ген. Ястребцов эту его просьбу удовлетворил, хотя и не очень охотно и назначил на его место н-ком штаба капитана Мартынова, что и было вскоре утверждено командиром 3-го корпуса генералом Молчановым.

Большой улов сельди в бухте Тихая Гавань. В г. Ольга был опытный рыболов -крестьянин лет под 60, крепкий мужчина с зоркими глазами, с окладистой каштановой бородой, выше среднего роста, степенного вида - производил впечатление доброго хозяина.

Вот этот рыболов, кажется, Стремнев, хорошо не помнится фамилия-то, пришёл к ген. Ястребцову и предложил, что будут его сети, а генерал должен дать людей, и этот крестьянин, руководя этими людьми, которых он сначала подготовит, будет заниматься рыбной ловлей. Тем более, как сказал Стремнев, что скоро сельдь должна метать икру, что она делает обычно в [бухте] Тихой Гавани [залива] Ольга. Генерал согласился и приказал капитану Мартынову сформировать рыболовную команду, что и было сделано. Команда была сформирована в 20 человек и подчинена была этому рыбаку Стремневу.

Прошло с этого момента некоторое время, и Стремнев, еще только светало, прибежал, буквально, прибежал и сказал: «Господин Генерал, идёт сельдь, сейчас начнем ловить -идите посмотрите». Генерал вызвал кап. Мартынова и пошли с ним на берег Тихой Гавани - берег был от штаба не больше 200 шагов. Вода в Тихой гавани бурлила, прямо кипела. Стремнев с командой, на двух лодках, стал сетью захватывать сельдь и складывать её в лодки, да некоторые солдаты прямо специальными черпаками вычерпывали рыбу в лодки, которые скоро наполнились. Тогда по приказу Стремнева лодки подошли к берегу и выгрузили сельдь в специальные бочки, которые были уже подготовлены интендантом отряда. Целый день вылавливали мечущуюся сельдь, которая была примерно не менее полфунта каждая со слоем жира - примерно один миллиметр. По словам Стремнева это была камчатская сельдь, считавшаяся одним из лучших сортов сельди. Он порекомендовал её коптить, солить и вялить. [Сколько] на долю отряда досталось сельди, точно сказать не могу, но интендант насолил 4 сорокавёдерных бочки и закоптил тоже очень много. Большинство солдат организовали самодельные коптилки и сами начали коптить. Солдатам выдавали по два фунта селёдок на человека, так что в это время питание отряда было вполне хорошее, что и заявляли солдаты.

Кроме сельди выдавалась ещё рыба камбала, довольно вкусная, бескостная почти рыба, но солдаты-татары запротестовали против питания камбалой, заявив, что в Коране есть, что рыбу с одним глазом есть нельзя.

Начальник штаба доложил об этом генералу - тот сказал: «Ну, так что же, не нужно татарам делать камбалу, а делать другую рыбу. Да, ведь скоро селёдка-то кончится, тогда опять перейдём на питание мясом».

Морская капуста. У северного побережья было много морской капусты - род водорослей, насыщенных йодом. Особенно корейцы эту капусту собирали, тюковали особо и сдавали в некоторые пункты, где она перерабатывалась, как лекарственная трава. Это был целый и не малый промысел, особенно у корейцев, которых было много на северном побережье. В районе Императорской Гавани (ныне Советской гавани), бухты Св. Ольги всегда под парусами и без парусов курсировали корейские джонки, собиравшие морскую капусту. Генерал Ястребцов обратил на это внимание и приказал н-ку штаба взять на учёт всех корейцев, занимавшихся собиранием морской капуты, обложить их некоторым мизерным налогом. Всем занимающимся корейцам сбором морской капусты было предложено зарегистрироваться у коменданта г. Ольги, внести определённый налог и получить соответствующее удостоверение, с которым бы мог бы свободно заниматься сбором морской капусты. Корейцы, промышлявшие сбором морской капусты, на это очень охотно согласились, и в течение первого полумесяца их зарегистрировалось больше 100 человек. Налог брался самый минимальный - что-то, кажется, 1 иена и 50 сантимов в год. Но это давало возможность держать на учете большинство корейцев, промышлявших сбором морской капусты. В дальнейшем из них оказалось немало доброжелательно относившихся к белым и недоброжелательно к коммунистам, среди этих корейцев оказалось несколько человек, владевших русским языком, что тоже штабом было использовано для антикоммунистической пропаганды и для определения настроения корейцев, проживающих в районе северного побережья.

Коммунистов это как бы задело, и они стали вести среди указанных корейцев, промышлявших сбором морской капусты, прокоммунистическую пропаганду, настраивая их против отряда и вообще против антикоммунистов, что штабу было интересно знать и в разрезе сохранения и в разрезе оздоровления настроения как корейского населения, а также и русского, которое было тесно связано с корейским населением по многим причинам, главным образом, экономического характера.

Совруководство на северном побережье стремилось создать корейский отряд для борьбы с белыми, что, конечно, и надо было как-то парализовать, что до некоторой степени и удавалось штабу отряда проводить. Ниже мы увидим, что это было так.

Первая Пасха Экспедиционного отряда в г. Ольга. Ещё за несколько дней (4-5) до Пасхи отрядный священник о. Иоанн Гуляев имел совещание с н-ком отряда относительно празднования Св. Пасхи. Было решено, что Св. Пасху встретить, праздновать и проводить надо будет по строго-православному русскому обряду, а именно - с вечера в церкви будет читаться Деяние Св. Апостолов, в половине 12-го ночи начнется крестный ход с хоругвями, иконами вокруг церкви, которая будет иллюминирована электрическими лампочками, а кроме того, вокруг церкви на бочках в плошках будет вожжено масло. Для несения хоругвей, икон и пр. будут назначены люди, которых соберет о. Иоанн.

Ночь была тёплая, тёмная - воздух благоухал, город не спал - в домах, где размещены были чины отряда, шла сутолока - солдаты готовились идти к Утрени, приводили себя в нужным порядок. Жители, узнав от солдат, что будет Утреня (да, кроме этого в газете «Ольгинский  Вестник»  была  статья,  уведомляющая  население  о  Праздновании  Св. Пасхи), тоже большинство суетились, ибо уже два года как Пасхального торжества, как того требует положение о Праздновании Св. Пасхи, не было. В полночь ударили в церковный колокол, и из церкви начался крестный ход во главе с настоятелем церкви о. Иоанном, пел хорошо составленный хор. И как запели торжественно «Христос Воскресе» - так церковь осветилась от электрических лампочек, около церкви сразу же зажгли масло в плошках, ввиду экономии масла, оно в плошках было зажжено не с вечера, как это было обычно в России, а с началом Крестного хода.

В Крестном ходе принимали участие почти все чины отряда, во главе с начальствующим, к которым примыкали и отцы г. Ольги и почти всё оставшееся в городе население, даже корейцы и те примкнули к Крестному ходу.

Пение хора слышалось далеко даже за г. Ольга - все в крестном ходе шли со свечами, многие из шедших мирян подпевали хору, у многих на глазах были слёзы. После Утрени сразу же началась Литургия, за которой были причастники, а после этого было освещение куличей, пасх и яиц.

Все чины отряда, которые были в форме, особенно выделялись чины флота, выделялись своей формой, которая была в совершенстве, тоже самое и чины штаба отряда и командиры частей, да и командный состав частей и все чины отряда были подтянуты и производили весьма хорошо-приятное впечатление.

После всей этой церковно-православной молитвенной торжественности тут же около церкви начали христосоваться почти все и со всеми жителями, и чины отряда как-то. смешались. Наконец, начальник отряда о. Иоанна и всех командиров частей и некоторых из жителей пригласил на обед Разговенья, причём добавил, что он будет очень рад, если все придут его поздравить.

Квартира генерала не могла вместить всех пожелавших разделить с н-ком отряда Пасхальную  трапезу.   Некоторые  чины  штаба  и  ряд  офицеров  ушли,  чтобы  как-то уменьшить число визитёров, а придти поздравить н-ка отряда позже. Столы были в 2 комнатах - были куличи, пасхи и яйца, была разная закуска, но только холодная, примерно было всего 50 человек - в одной комнате гостей занимал н-к отряда, в другой комнате - н-к штаба. Все было как-то душевно, не было никаких недоговоренностей, да уже вскоре и начали расходиться, многие из жителей, благодаря ген. Ястребцова за угощение, приглашали его навестить их тоже.

После этого о. Иоанн пошёл по городу с крестом поздравить некоторых из жителей, которые по внешности радостно принимали священника, многие давали деньги, но о. Иоанн категорически отказывался брать, заявляя, что у него всё есть, а эти деньги употребите на свои нужды, которых у вас немало.

К 10 часам утра все разошлись, н-к штаба капитан Мартынов ушёл к себе в гостиницу, а ген. Ястребцов пошел пройтись и освежиться. Надо сказать, что ген. Ястребцов мог по три ночи не спать, и на нём это никак не отражалось.

Как начальник отряда, так и начальник штаба сделали визиты с поздравлением некоторым жителям г. Ольги - заведывающей приютом, заместителю городского головы и так называемому н-ку рыболовной команды. Всё прошло чинно и благополучно.

На общих взаимных поздравлениях присутствовал и представитель Вр. Приморского правительства капитан каботажного плавания Даниил Васильевич Воронки, уже старый человек, но ещё крепкий, с большой седой бородой и с приятным русским лицом, человек по натуре общительный и благожелательный - он с многими же перезнакомился и потом в течение всей Св. Пасхи ходил и навещал этих новых знакомых, что улучшило сближение населения с чинами отряда.

Командир Дивизиона морских судов капитан первого ранга Ильин пригласил н-ка отряда, чинов штаба и командиров частей на обед к себе в 12 часов 2-го дня Св. Пасхи.

Поэтому н-к отряда с начальником штаба, чинами штаба и командирами частей в 12 часов дня уже были на канонерской лодке «Патрокл», где уже были капитан 1-го ранга Ильин, капитан 1-го ранга Пиотровский, командир канонерской лодки «Патрокл», и капитан 2-го ранга Ваксмут, командир канонерской лодки «Батарея» и комендант транспорта «Надежный», а командира этого транспорта, к великому сожалению, фамилия так и не удержалась в памяти.

Всё было как бы в старое доброе время - надо сказать, что моряки больше сохранили всё хорошее из старого славного русского прошлого.

Капитан 1-го ранга Ильин всех встречал на палубе, а все по морской традиции, переходя с трапа на палубу, снимали головные уборы.

У моряков стол был накрыт богаче и чище, нежели в штабе отряда, что было и отмечено н-ком отряда, выразившем за это свою благодарность капитанам 1-го ранга Ильину и Пиотровскому, что в такое тяжкое во всех отношениях время у моряков чувствуется, что всё как будто ничего от прошлого не изменилось. Оба капитана сердечно в свою очередь поблагодарили н-ка отряда за его внимательное и доброе отношение к чинам 1-го дивизиона Владивостокской морской флотилии.

Обед прошёл в дружной взаимной благожелательной обстановке, с разговором о взаимной поддержке на случай наступления красных, о чем уже были слухи.

Около 2 часов дня н-к отряда с начальником штаба, да и командиры частей поблагодарили любезных милых моряков, оставили канонерскую лодку «Патрокл», провожаемые командирами и старшими офицерами. Всё это оставило в душе, кажется, всё теплое и хорошее чувство-впечатление, что было важно в той не совсем нормальной обстановке.

Повторная листовка на корейском языке за подписью н-ка корейского отряда Хана. Вскоре после Св. Пасхи в штаб отряда была доставлены ещё летучки против отряда на корейском и русском языке. В этих летучках снова было обращение не только к чинам отряда, но и к населению - образумиться и бросить борьбу против народа, борющегося за свои права и свободу. Не надо поддаваться на разные посулы белогвардейцев и иже с ними, которые действуют по указке японцев и американцев, которые и используют белых, чтобы захватить территорию России, как можно больше. Да и в данный момент, как американцы, так и японцы, хозяйничая на Дальнем Востоке, извлекают только одну выгоду во вред российскому народу. Как японцы, так и американцы ведут обследование всей Дальневосточной территории, чтобы выяснить, где, как и что можно эксплуатировать, т.е. уже не только намерены похитить часть территории, но и всего, что в недрах Земли. Японцы давно мечтают оккупировать часть России, американцы тоже, стремясь к этой цели, на этой почве и были нелады между японцами и американцами. Так что вам, белобандитам, и вам, русские люди г. Ольги и всего северного побережья, это надо учесть и вступить в ряды Красной армии на борьбу с захватчиками - этим вы исполните священный долг перед Родиной и своим народом.

* Рукопись хранится в Бахметьевском архиве Колумбийского университета, г. Нью-Йорк, США. Текст печатается по современным правилам орфографии и синтаксиса с сохранением стилистических особенностей автора.

(Продолжение следует)
Челябинск: Журнал «Русская Атлантида», № 42 2011 г. С. 37-45.