?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Поделиться Next Entry
Ольгинский уезд по метрическим книгам
Блель
t_rm

А.А. Горчаков

Демографическая картина становления селений Маргаритовской и Пермской волостей
Ольинского уезда
(по метрическим книгам православных церквей)

Ольгинский район - один из старейших в Приморском крае - начал заселяться и обживаться военными и крестьянами-переселенцами с 1860 г.

Первыми населенными пунктами, основанными военнослужащими Ольгинской местной команды, а также переселенцами из центральных губерний, на восточном побережье Южно-Уссурийского края стали: пост Святой Ольги (1860 г.), деревни Фудин (1861 г.), Пермская, Новинка (1864 г.), Арзамазовка (1866 г.).

Сведения о первых жителях этих селений отложились на страницах сохранившихся метрических книг церкви во имя Равноапостольной Великой Княгини Всероссийской Ольги, находившейся в военном посту с одноименным названием. С помощью этих метрических книг попробуем проследить развитие демографической ситуации в этом районе с 1868 по 1919 гг.



В далеком 1868 г. одной из первых актовых записей Ольгинской метрической книги стало крещение корейского мальчика из д. Резановой

Суйфунского округа Янь-Кинь, который был наречен русским именем Иван. В таинстве крещения приняли участие в качестве восприемников бывший начальник Новгородского поста, а ныне начальник поста в гавани Святой Ольги, поручик Семен Григорьевич Резанов со своей матерью Анной Николаевной, женой горного инженера, отставного капитана Григория Резанова.

На страницах метрической книги Ольгинской церкви имеются также

актовые записи о рождении детей у священника Ольгинской церкви Семена Логинова и исправляющего должность дьячка Николая Лаврова. В роли крестных у них выступали представители местной администрации: тот же поручик Резанов и содержатель Ольгинских магазинов, состоящий по адмиралтейству подпоручик Иван Евстафьевич Хомяков с женой Марией Ивановной и др. Те же священнослужители крестили детей и в семьях крестьян-переселенцев: Арзамазовых, Астафуровых, Гамаюновых, Колягиных, Лапухиных, Мамонтовых, Никифоровых, Пырковых, а также рядовых и унтер-офицеров Ольгинской постовой команды.

Вторая часть метрической книги «о бракосочетавшихся» оказалась пустой: в том году браков не было. Однако в третьей части «о умерших» есть несколько записей, зафиксировавших смерти, в т.ч. «от старости» переселенцев Устиньи Андреевны Арзамазовой, 76 лет и Корнилия Корниловича Лапухина, 70 лет, а также от золотухи младенца Венедикта у рядового Ольгинской постовой команды Аввакума Семеновича Шилова.

Всего в 1868 г. родилось и крестилось 17 младенцев и умерло 4 человека.

Листая страницы следующей сохранившейся метрической книги Ольгинской церкви за 1871 г., отметим, что особого притока населения за 3 года не произошло, однако расширился социальный статус прихожан церкви, особенно в среде восприемников. Появились новые лица из чиновнического состава военнослужащих, чьи дети были крещены в этой церкви: заведующий Ольгинским провиантским магазином интендантского ведомства, кандидат на классную должность Тимофей Гаврилович Гаврилов, отставной матрос Иван Чащин, лекарский ученик Софроний Никифорович Кушнерев, отставной матрос Амурского флотского экипажа Ануфрий Мулин, фельдшер Ольгинской постовой команды Николай Петрович Пекарь и др.

Обратим внимание на достаточно распространенный факт демократических отношений между представителями разных социальных групп и сословий в суровых условиях обособленности от внешнего мира, какие, несомненно, были характерны для военного поста Святой Ольги. В те ранние годы становления первых поселений Южно-Уссурийского края, часто у детей низших сословий крестными становились представители военной власти, военною чиновничества со своими женами.

Так, среди восприемников у крестьянского населения деревень Фудин, Пермской, Новинки и Арзамазовки, а также нижних чинов поста Святой Ольги можно выделить: исправляющего должность начальника поста в гавани Святой Ольги, полковника Виктора Каэтоновича Сальмоновича, жену делопроизводителя Ольгинской постовой канцелярии, коллежского секретаря Захария Иванова - Анну Николаевну, жену младшего лекаря, коллежского асессора Алексей Васильева - Олимпиаду Павловну, жену священника Ольгинской церкви Семена Георгиевича Логинова - Александру Феодосьевну и др.

В разделе «о бракосочетавшихся» сложилась несколько иная картина - здесь в роли поручителей выступали знакомые, сослуживцы или представители тех же сословии. К примеру, при венчании фельдфебеля Ольгинской постовой команды Василия Ивановича Рахманова и дочери крестьянина д. Арзамазовки Аввакумовского округа Феклы Андреевны Гамаюновой, поручителями (свидетелями) указаны крестьяне д. Арзамазовки Илья Арзамазов и Захарий Гамаюнов, заведующий провиантским магазином Тимофей Гаврилович Гаврилов и иркутский мещанин Степан Яковлевич Борисов, а также тысяцкий - коллежский секретарь Захарий Мефодьевич Иванов; при бракосочетании бессрочно отпускного унтер-офицера Михаила Семеновича Логинова и дочери крестьянина деревни Новинки Татьяны Павловны Мамонтовой - тысяцкий Афанасий Цывелев, крестьяне деревни Новинки Петр и Константин Мамонтовы, унтер-офицер Семен Серебряков и старший фельдшер Ни катай Пекарь.

В 1871 г. в районе было крещено 19 человек (11 мужского пола и 9 женского), зафиксированы 4 брака и 5 случаев смерти.

В последующие три десятилетия особого прироста населения не наблюдалось. Небольшое увеличение рождаемости шло за счет роста семей успевших окончательно осесть крестьян местных деревень, а также семейных нижних чинов и запасных солдат местного воинского контингента. Среднее ежегодное число рождавшихся колебалось в разные годы от 10 до 25 человек. Зафиксированный "пик" крещений (32) был в 1877 г., но и он произошел в основном за счет присоединения к «Греко- Российской восточной церкви» семьи Андрея Феодосьевича Силина, молокан д. Пермской в составе 7 человек, а также одного, присоединенного из старообрядцев, рядового Ольгинской постовой команды Вукола Ивановича Ерофеева.

За эти годы причт Ольгинской церкви, за исключением бессменного до 1882 г. псаломщика Николая Лаврова, не раз обновлялся священнослужителями: в 1875 г. настоятеля Ольгинской церкви отца Семена Логинова сменил иеромонах Аркадий, ему на смену пришел Николай Добровидов, затем были: священник Александр Телятьев, священник Владивостокской Успенской церкви Алексей Политов с диаконом той же церкви Николаем Лавровым, священник Михаил Замятин, благочинный Южно-Уссурийских церквей Михаил Воронцов, миссионер, архимандрит Геронтий, благочинный Иоанн Гомзяков, священники Митрофан Винокуров и Александр Осипов, вновь но уже в роли благочинного Семен Логинов, Сергей Малазов, Дмитрии Пляскнин с исправляющими должность псаломщика Тихоном Шуббо, Петром Шуббо  и Иоанном Пинигиным, игумен Аверкий с псаломщиками Василием Голобородько и Яковом Сущинским. Некоторое время там вел службы исправляющий должность благочинного, корейский миссионер Василий Пьянков и ректор Благовещенской духовной семинарии, протоиерей Георгий Орлов.

В 1873 г. священник Владивостокской Успенской церкви Василий Пьянков посетил пост Святой Ольги с миссионерскими целями. Результат его деятельности виден на страницах метрической книги Ольгинской церкви: были присоединены к православию несколько представителей малых народностей, язычников, таких как нареченный Матвеем 53-летний таз по имени Манга. Священнику Дмитрию Пляскину удалось обратить в православие с приданием имени Степан гольда деревни Пятнадцатой Южно-Уссурийского округа Лаусела Космача, «шаманского исповедания».

Иные факты присоединения к православной церкви касались лиц иудейской веры, изъявивших желание вступить в законный брак с православными русскими невестами. Так, нижний чин Ольгинской местной команды Абрам Срулевич Мейерович, приняв православие, стал именоваться Авраамом Ивановичем и в том же году женился на дочери умершего крестьянина д. Новинки Елене Евсеевне Лопухиной. В качестве поручителей на обряде венчания присутствовали его сослуживцы - бессрочно отпускной рядовой Максим Кравченко и унтер-офицер Николай Нечаев.

Из наиболее часто встречающихся на страницах метрических книг прихожан Ольгинской церкви, задействованных в таинствах крещения и венчания, можно выделить ефрейторов, фельдфебелей, временно- и бессрочно-отпускных, младших и старших унтер-офицеров Ольгинской постовой и местной команд, а также 4-го Восточно-Сибирского линейного батальона: Клемента Комогорова, Михаила Беренбаума, Зиновия Бехтенева, Петра Кузнецова, Максима Кравченко, Ефимия Бондаренко, Мефодия Бортникова, Якова Воробьева, Алексея Камарского, Павла Коновалова, Дмитрия Каноныхина, Ефима Матвеева, Леонтия Вологдина, Андрея Дементьева, Гурьяна Дементьева, Ивана Побудкевича, Игнатия Плетюхина, Лазаря Алексеева, Алексея Старкова и мн. др.

Чаще всего появлявшийся на страницах метрических книг унтер- офицер Ольгинской постовой команды, впоследствии временно- и бессрочно-отпускной Алексей Пантелеймонович Старков в 1873 г.

женился на Марфе Федоровне, вдове «умершего бывшего дворового человека Осипа Дымченкова».

Из среды «штатских», находившихся по разным причинам в данной местности, чаще других в записях тех лет встречается иркутский, впоследствии владивостокский мещанин, «торгующий в Ольгинском посту» Степан Яковлевич Борисов и его жена, дочь умершего протодиакона Лаврова Татьяна Феодосьевна; исправляющий должность псаломщика Ольгинской церкви, впоследствии владивостокский мещанин и лесной объездчик в одном лице Тихон Лаврентьевич Шуббо, читинский мещанин Сергей Васильевич Масленников, владивостокские мещане Никита Галактионович Ильиных, Григорий Мялов, Алексей Семенович Астафуров и др.

Активными прихожанами из старшего и среднего офицерского состава, военных чиновников, крестивших своих детей или принимавших участие в крещении других, являлись начальники Ольгинской постовой команды: есаул (впоследствии капитан, майор) Николай Давыдович Лохвицкий и подполковник Алексей Иванович Громкау, подполковник Висленин; поручики: Степан Александрович Романов, Николай Григорьевич Лимонов и Михаил Иеронимович Оссовский; подпоручики: Михаил Михайлович Веденеев, Александр Адольфович Кегель, Алексей Яковлевич Самонович, Максим Петрович Селютин и Константин Павлович Линда, подпоручик корпуса инженер-механиков Никандр Никитич Никитин; делопроизводители той же команды: коллежский регистратор Владимир Петрович Шеркунов, титулярный советник Федор Ефимович Аксенов и коллежский секретарь Захарий Мефодьевич Иванов; старший писарь той же команды Иван Прокопьевич Попов и писарь Филипп Алексеевич Саловаров; врачи той же команды: Михаил Федорович Архангельский, надворный советник Петр Евгеньевич Любский, коллежские асессоры Петр Григорьевич Подольский и Николай Яннуариевич Воронков; ротный фельдшер Ольгинского отряда Сергей Васильевич Сотсков; фельдшеры Ольгинской местной команды Тихон Васильевич Урвачев, Алексей Матвеевич Коксанов и Кузьма Никанорович Тютюников; лазаретный смотритель Яков Варлаамович Бубнов; заведующий Ольгинским провиантским магазином интендантского ведомства, кандидат на классную должность Тимофей Гавриилович Гаврилов, смотритель магазина Евгений Константинович Попугаев; вахтеры магазина Терентий Никифорович Андронов и Федор Яковлевич Осетров и др.

Чиновничий контингент конца XIX в. составляли: пристав Ольгинского участка, коллежский секретарь Степан Васильевич (Василискович) Омельянович-Павленко, чиновник Дирекции маяков и лоции Восточного океана Александр Иванович Васильев, медицинский инспектор Приморской области, надворный советник, доктор медицины

Иван Яковлевич Блонский, коллежский асессор Михаил Дементьевич Дунаев, сельский фельдшер Ольгинского участка Михаил Иванович Ковальков, почтово-телеграфный чиновник Иван Степанович Шантин, заседатель Ольгинского участка Илья Степанович Харченко, губернские секретари: Андрей Ильич Ильянсон, Николай Пименов и др.

Среди прихожан Ольгинской церкви, участвовавших в обрядах, можно увидеть моряков с заходивших в бухту Святой Ольги военных судов: матроса с корвета «Баян» Георгия Федоровича Старкова, лейтенанта и писаря с корвета «Аскольд» Владимира Романова и Евгения Дудина, механика Петра Леонидовича Павлова и шкипера дальнего плавания, командира парохода «Байкал» Павла Густавовича Лемашевского, лейтенанта флота, барона Клодта фон Юргенбурга и лейтенанта Сибирского флотского экипажа Владимира Петровича Ломана.

Следует отметить, что в конце 1879 — 1881 гг. Ольгинская церковь простаивала из-за отсутствия причта. В это время службы не велись и обряды, соответственно, не совершались. Спустя несколько месяцев, в пустой графе части первой «о рождениях» за 1880 г. появилась запись, сделанная вновь прибывшим священником Приморского Градо- Николаевского собора Михаилом Земяниным: «крещений в январе-апреле не было, т.к. не было священника с 25 июня 1879 г. до 13 мая 1880 г.». А в 1881 г. священник Алексей Политов сделал другую запись: «с января по июнь треб не совершалось потому, что не было местного священника». Однако все, родившиеся за это время младенцы, были крещены с возобновлением деятельности церкви. За отсутствием штатного псаломщика «при крещениях помогал петь и читать старший унтер-офицер Степанов». События прошедших месяцев, связанные с временным закрытием храма, впоследствии, возможно даже повлияли на демографическую ситуацию в целом по округу - судя по записям в метрической книге «в июне-сентябре рождений не было», браков же не было в том году вообще.

В третьей части метрических книг Ольгинской церкви за 1873 - 1900 гг. «о умерших» зарегистрированы многочисленные факты смерти в семьях местного крестьянского населения и военнослужащих. Наибольший процент смертности населения был среди детей. Почти все болезни носили эпидемический характер: скарлатина, корь, оспа, коклюш и заканчивались смертью.

При просмотре актовых записей третьей части выявлены наиболее знаковые и трагические случаи из зафиксированных: в 1873 г. - крестьянина д. Фудин Степана Федоровича Напольского, 18 лет, «задавила тигра», в 1877 г. убит крестьянин д. Новинки Федор Иванович Астафуров, 30 лет; в 1878 г. - при крушении баркаса утонули в Японском море 9 матросов с винтовой шхуны «Ермак»; в 1880 г. - крестьянин «деревни Фудень в округе Св. Ольгинской бухты» Степан Спиридонович Мякишев, 28 лет, погиб «от нападения на него одного хищного зверя тигры»; в 1881 г. скончался от расстройства желудка и похоронен на кладбище д. Пермской приехавший из Владивостока поселенец Иван Яковлевич Троицкий, 50 лет. «Священник был приглашен, но не поехал»; в 1882 г. - убиты хунхузами дети ольгинского купца 2-й гильдии Генриха Карловича Купера: Иннокентий, 21 года и Иосиф, 14 лет; в 1886 г. - утонул в яме с водой младенец Зиновий Бутусов, 2 лет; в 1894 г. в районе не было зафиксировано ни одного случая смерти; в 1895 г., 16 января, замерзли в деревне Аввакумовке крестьяне д. Фудин Архип Иванович Петышин, 59 лет, его жена Устинья, 59 лет и сын Николай, 5 лет; в 1900 г. - сын крестьянки д. Маргаритово Софии Макаренко Тихон, 8 лет, умер «от испуга выстрела»; в 1916 г. в с. Туманово не было зафиксировано ни одной смерти. Некоторые формулировки причин смерти, вписанные священниками в соответствующие графы метрических книг, приходится расшифровывать, например - «антонов огонь» (гангрена), «английская болезнь» (рахит) и т.д. Когда причина смерти была не ясна, писали просто: «от неизвестной болезни», «по неизвестной причине», «скоропостижно».

С началом нового века жизнь в районе поста Святой Ольги, как и отражение ее на страницах метрических книг, заметно ожила. Прежде всего, резко увеличилось количество рождений и крещений за счет новой волны крестьян-переселенцев из центральных губерний и мещан из дальневосточных городов, избравших здесь новое место проживания.

В первое десятилетие XX в. в районе резко возросло количество вновь образованных населенных пунктов. К основанным в самом конце XIX в. селениям Милоградово (1898 г.) и Маргаритово (1900 г.) присоединились деревни: Пфусунг (1902 г.), Михайловка, Серафимовка (1906 г.), Веселый Яр, Туманово, Фурманово, Петропавловка, Ново- Николаевка, Крещатик, Бровки (1907 г.), Молдаванка (1908 г.), Листвянка (1909 г.), Щербаковка (1911 г.) и др. Большинство селений вошли в приход Ольгинской церкви. Однако, уже к 1908 г. начала действовать Свято- Варваровская церковь в с. Маргаритово, затем появились храмы в с. Туманово (к 1911 г.), позднее - в Фурманово и Милоградово.

Расквартирование в посту Святой Ольги и ее окрестностях новых воинских формирований: 5-го и 6-го Восточно-Сибирских линейных батальонов, 3-го и 8-го Восточно-Сибирских стрелковых полков - заметно повлияло на демографическую ситуацию в районе. Отставные солдаты, уволенные или бессрочно отпущенные из армии, и сверхсрочные унтер- офицеры, женясь на местных крестьянках, оставались здесь на постоянное место жительства.

Министерство культуры Российской Федерации ФЕДЕРАЛЬНОЕ АРХИВНОЕ АГЕНТСТВО Федеральное казенное учреждение «РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ИСТОРИЧЕСКИЙ АРХИВ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА»

Из истории заселения и освоения Ольгинского района
Документы и материалы
Владивосток

2011